Oktopus Club logo
First page
About
News
School
Actions
Forums
FAQs
Reports
Photo
Peppers
Symbols
Links

>>>>>>Уверен, что обе стороны пришли к одному и тому же выводу (самому главному выводу ИМХО в этой истории): надо аккуратней выбирать попутчиков/попутчиц, тем более в такие выходы. Кстати, судя по отзывам участников, они также пришли к этому выводу. С чем их и поздравляю.
>>>>Это необходимое и достаточное условие для получения удовольствия от похода. А для достижения цели или для выхода из "экстремальных" ситуаций необходим жесткий лидер, который способен взять под контроль ситуацию и подчинить себе группу.
>>Это все нужно только в случае, если группа стадо с вожаком. Бывают группы и без явновыраженных лидеров.
Ну да, представил себе, как я, Стасик, Митяйка, Винокуров, Алгол, Алекс и Палыч поперлись в это болото. И так

Рассказ о том, что было бы если…..

Собрались мы как-то пойти погулять по болотам. А что, хороший вариант, тем более что гулять по асфальту всем давно надоело. Тем более осень, очей очарование (это не мои слова, это Кест пытался придумать очередной шедевр, но кроме Пушкина ничего вспомнить не смог). Вобщем долго не думали, взяли пожрать, шмотья разного и ломанулись. Поскольку все были уже «старыми и мудрыми», то на электричках никто ехать не согласился (казлы ленивые). Поэтому поперлись для начала на машинах. Естественно машины до болота доехать не могли…Хотя нет, одна смогла. Палыч на своей «бешеной зузуке(зачеркнуто) таракане» смог заехать в самую большую лужу недалеко от болота (вообще то это была не лужа, а малое болото, которое разлеглось перед большим болотом). Впрочем Палыча такие мелочи не остановили и он уселся на крыше машины в ожидании, пока остальные концессионеры допрутся до него.

Остальным концессионерам было несладко, т.к. абсолютному их большинству пришлось переться до края болота от самого асфальта (увы, дальше их машины не ехали). Я, кстати, тоже дальше проехать не мог, т.к. мегауазик остался жить в сервисе, а на ЖЫПе проехать не смог из-за тоненьких веточек, царапающих понтовую лакокраску моего паровозика. Вобщем когда мы дошли до Палыча, то были несколько недовольны. К тому же малость запыхались, т.к. по ходу еще периодически занимались профилактическим отметеливанием Алекса. Алекс стоически воспринял необходимость его профилактического отметеливания и даже сам периодически своими замечаниями давал нам очередной повод «размяться». И все же мы были недовольны. Наверное от того, что было мокро и слякотно. Первым делом мы конечно пожрали, съев все запасы еды и питья, обнаруженные в «бешеном таракане», а потом пошли гулять дальше прямо в болото. Правда Палыч что-то кричал насчет того, что нехудо было бы вытащить зузуку на сухое место, но этими криками он только дал нам лишний повод. Правильно, Алексу как раз требовалась передышка!

Гуляли по болотам долго. Митяйка ориентировался по жпс-у, Кест – по салу, лежащему в рюкзаке у Митяйки, Стасик – по солнцу (которое за тучами), Алгол – по компасу искал верный путь (а поскольку цели у нас не было, то Алгол просто задавал направление в зависимости от случайно выбранных азимутов), Алекс отсчитывал время квантами, измерянными в о отметеливаниях, Палыч по запаху бензина определял трек, чтобы вернуться потом назад к машине, а я занимался….поскольку я автор, то я не скажу, чем я занимался – это слишком интимно…

Наконец цель была достигнута: мы хорошенько задолбались. И решили сесть пожрать. Но садиться было некуда – под ногами вода, кочки мокрые, сверху дождь льет, а ночью пойдет снег. Поэтому жрали стоя. Кто-то выдвинул мысль хорошенько отметелить Алекса, чтобы потом спокойно на нем посидеть и покушать, но Алекс отверг такое предложение с негодованием, аргументировав свои доводы тем, что мы редиски. Редисками быть не хотелось и пришлось оставить эту мысль до лучших времен. В это время Митяйка нашел в своем жпс-е остров в болоте, куда и повел нас со всей решительностью. Островом оказалось здоровая болотина, куда упал сначала Митяйка, потом Кест (т.к. шел неотрывно за запахом сала), за ним Алгол (т.к. очередной азимут показывал точно в центр болотины), затем Палыч (который хотел проверить глубину брода перед тем, как туда запихать своего таракана). Потом упал я. Меня столкнул в яму Стасик, т.к. он шел последним и сам падать не захотел. Как упал в воду Алекс никто не видел, а сам Алекс никому не рассказал. Пока все плескались в холодной водичке, каждый думал примерно одно: вот сцуки, куда меня завели, казлины блинские! Примерно через минуту плескания все смогли озвучить свои мысли вслух. Как обычно, всех перекричал Алгол. Еще через минуту все стали вылезать из ямы, используя Стасика как дуб, за который можно привязать спасательную веревку. Веревкой послужил Алекс, которого выбросили из воды первым, позволив ему вцепиться в Стасика, но ласково придержав за ножки. На этом приключении все решили, что «нуегонах, такие приключения» и «а дома сейчас ужин, макароны с тушенкой» и постановили возвращаться.

Но возвращаться было некуда. Митяйка намочил жпс и у последнего случился глюк. Компас Алгола показывал обратно в болотину, а нам туда не хотелось. Стасик продолжал искать солнце, но уже наступил вечер, Кест продолжал ориентироваться на мешок Митяйки (хотя сала там давно уже не было, оставался только запах), Палыч пытался унюхать, где стоит таракан, но запах бензина учуять не мог. Алекс привычно гундел, создавая на пару с Алголом звуковой фон. А я продолжал заниматься нескажу чем.

Темнело……

Холодало…Смеркалось и буркалось.

Согреться не удавалось даже благодаря Стасику, которого, как самого сухого выбрали на должность отметеливаемого. Правда Стасик оказался кабаном и в отместку отметелил половину народа. Но теплее не стало. Нужен был костер. И дрова.

Митяйка слазал в мешок, пахнувший салом и достал топор. Затем достал пилу. Зачем он все это вытащил так никто и не понял. Во всей округе не было ни одного дерева. Кустов тоже не было. Стоял один дуб, но при ближайшем рассмотрении в нем угадывался Стасик, который категорически не желал быть дровами. На общем собрании было решено отправить Митяйку на поиски его острова. И Митяйка ушел. Ушел налегке, оставив мешок. Это было правильным решением, которое все одобрили. Громче всех на этот раз одобрял Кест. Однако после того, как Кест не нашел сала в мешке, его одобрения приобрели несколько иную тональность. Впрочем кроме сала в мешке была еще другая еда, поэтому Кеста быстро заткнули пирожком с капустой. Вскоре после кончины пирожка с капустой издалека раздалось жуткое завывание. В начале все посчитали, что по наши души пришла местная мадам Баскервиль в лице страшной собаки или другого болотного чудища с туловищем змеи и женской головой. Я тут же вспомнил, как охотники в джунглях Амазонки ловили анаконду: в загончик закрывали поросенка, который дико верещал и привлекал змею-гиганта. Для всеобщего спасения было принято решение отдать на съедение наиболее упитанного и голосистого концессионера – Алгола, а самим рвать когти. Алгола быстренько отметелили, чтобы он сильно не сопротивлялся и оставили возле болотины. А сами ломанулись в строго противоположном направлении. Когда мы удалялись, в ночи были слышны радостные завывания чудища, перемежаемые всхлипываниями и воплями «казлы…ненавижу….всех убью один останусь».

Пока бегали от Анаконды, все оставшиеся в живых согрелись. Даже Алекс. На удивление, вопли Алгола не прекращались еще долго – минут 15. Потом все стихло. Остановились и мы. Всем стало интересно – сожрала анаконда Алгола или подавилась. Большинством голосов было принято решение, что Алголом любая тварь подавится и сдохнет в муках. И мы повернули назад – рядом с Алголом мы впопыхах оставили мешок Палыча (точнее он сам его забыл), а в мешке оставалась еда….и питье. А поскольку по болоту мы шлялись уже давно, то запас огненной жидкости в желудках концессионеров давно испарился и требовалась перезарядка. Пока возвращались, отдаленные вопли сначала стихли, а потом возобновились опять, однако стали более лиричными. Когда же мы добрались до знакомой болотины, то нами был обнаружен вполне себе живой Алгол, рядом с ним Митяйка, а между ними – пустой мешок Палыча. Оказалось, что страшные вопли на болоте издавал Митяй, пытаясь нас позвать на остров, который он все-таки нашел. Но недокричавшись, он вернулся назад, обнаружил одного Алгола и они на радостях сожрали все, что было в мешке Палыча. И выпили всю жидкость. Потом еще раз перетряхнули мешок и дожрали остальное….вместе с обертками. Насчет оберток мы так решили потому, что в округе не было ни фантиков от конфет/сникерсов, ни полиэтилена от колбасы, ни целлофана от хлеба. В результате нашему вниманию были представлены два чумазых типа, напившихся от души вкусными напитками и распевающих песни. Негодованию концессионеров не было границ!!!

Мало того, что эти гады сожрали еду из мешка, причитающуюся ВСЕМ. Они еще выпили все запасы вкусной жидкости, находящиеся в мешке. И на момент когда их обнаружили, эти два гоблина были просто до неприличности веселы и доброжелательны.. Одним словом, мы быстренько попинали наших радостных товарищей и свинячей рысью ломанулись в сторону острова по направлению, указанному дрожащей рукой Митяйки. Сам Митяйка после возлияния и последующего пинания был не в состоянии адекватно оценивать окружающую действительность и только громко матерился и предъявлял каждому фигуру из одного пальца. Этим пальцем он как раз и показал нам направление движения. Точнее он показал факу Кесту, ну а Костик, как самый голодный и один из самых кабанистых в нашей компании, не долго думая первым ломанулся по заданному направлению. Беда была в том, что Костик, не смотря на все его заслуги перед Отечеством, ни хрена не видит, а очки не носит из принципа. В тех же случаях, когда он их носит, они ему абсолютно не нужны, т.к. что с ними, что без них, Костик представляет из себя помесь крота и (нет, не кролика, - это у нас другой такой товарищ есть): помесь крота и кадавра, т.е. зверюшка ни хрена не видит, но как только нащупает, тут же пытается это сожрать. В данном случае жрать было особо не чего (от чего Кест периодически издавал жалобные стоны), но вот видеть, куда идешь все же было важно. Вобщем когда мы вышли на остров, мы нашли несколько деревьев и один пенек. Пенек оказался Кестом, который вывалился первым на остров и с размаху воткнулся рогами в первое же дерево (ну не ожидал он на болоте дерево встретить – вполне понятная логика).

Самым последним на остров приперся Митяйка. Мы уже успели замерзнуть, но пила с топором были только у него. Кстати, зачем он их это положил в мешок и взял с собой так никто и не понял, ведь дурацких мыслей по поводу ночевки в болоте у нас не было и в помине.

Пока делали костер и пытались разогреть на нем оставшуюся еду, мы вдруг обнаружили, что наступила настоящая ночь. До этого как-то не до оценки окружающей среды было - то кого-то надо было метелить, то куда-то бежать…А тут: ночь, дым от костра, который не желает гореть, морось какая-то в воздухе, что-то сыпется за шиворот, напоминающее снег с дождем…и тишина….секунды на две. Потом опять включилось радио Алгола. Это радио говорило не переставая, иногда громче, но никогда не тише. Впрочем, мы к нему уже давно привыкли и не обращали особого внимания. Точнее обращали – когда радио неожиданно стихало. К сожалению такое происходило редко – только в случае, когда рот Алгола был забит чем-нибудь съедобным. Пока ужинали, Митяйка пытался реанимировать свой жпс. Это ему удалось наполовину: жпс заработал, но не долго, т.к. на холоде и влажности батареи неожиданно сдохли. Митяй поставил новые аккумуляторы и о чудо – приборчик со всей ясностью показал, что мы находимся посреди болота, а до Большой Земли (т.е. до наших машин) надо переться чуть ли не 10 км. На предложение самого голодного (Кеста) ломануться прямо сейчас было отвечено всеобщим отказом, который сформулировал Алекс. Ему вообще удается очень хорошо формулировать какие-нибудь отказы, отрицательные отзывы и рецензии. Так что его речь была поддержана всеми с энтузиазмом, а призыв забить на все и ночевать прямо тут не встретил противодействия со стороны большинства. К сожалению спать особо было негде – ни ковриком ни палаток с собой не было, а учитывая тот факт, что даже самому молодому из нашей компании – Алголу не могла прийти в голову идиотская мысль ложиться на сырую землю без какой-нибудь подстилки, с ночлегом надо было что-то думать. В результате кратковременного мозгового штурма мы отправили Стасика с топором в лес. Лесом назывались несколько худосочных деревцев, росших на острове. Стасик был опытным лесорубом – он быстро впал в состояние берсерка и настругал нам из деревцев неплохой настильчик, на котором можно было уже поспать. Правда спать было неудобно – легли вповалку, поэтому периодически из кучи малы раздавалось хрипение Алекса, сопение Стасика, визг Алгола, храпение Палыча (или это не он храпел?), жалобные стоны голодного Кеста, пыхтение Митяйки и чье-то шумное дыхание (может быть и мое – не помню). Кроме того – нечем было дышать – со всех сторон доносился запах перегара, чеснока, лука и орбита, который жевал Кест (он всегда что-нибудь жует). И еще какая-то сволочь периодически пукала. Причем я вполне допускаю возможность, что таких сволочей было несколько, правда пукали они по очереди (страшно подумать, что бы произошло, пукни они все разом).

Утро было ужасным.

Все тело затекло и приняло форму тех березок, которые были в настиле. Смотреть на лица товарищей было противно. Впрочем их выражение лиц говорило о схожих чувствах. После непродолжительного завтрака (съели уже все, что было в мешках и на завтрак остались лишь несколько заначек у самых предусмотрительных) побрели в сторону Большой земли. До Большой земли по ощущениям было как до Китая – вокруг простиралась равнина, лишь несколько кочек выражали изменение ландшафта. Остров тоже сильно изменился. Ночью было незаметно, но днем стало ясно, что Стасик выкосил топором не только все деревья, но и кусты и часть травы, росшую на кочках. Впрочем мы были ему благодарны – настил получился намного лучше того, который сделал бы кто-нибудь другой из нас. Вобщем мы поплелись назад, в сторону дома. Дороги естественно никакой не было, тропинок тоже. Изредка попадавшиеся полосы следов от гусеничной техники старались побыстрее пересекать, т.к. на них воды было еще больше. Жалкое зрелище, как сказал ослик Иа-Иа, глядя на свое отражение - душераздирающее зрелище (повторил он же). Мы ничего подобного не говорили – мы ругались. Каждый ругался по-своему: Алекс бухтел что-то про оптику и идиотов маркетологов, Алгол вспоминал про какую-то сиську…(или киску – не разобрать), Стасик пытался всем доказать, что китайские машины – это рулезз, а вазы-тазы – суксь (с ним правда никто не спорил насчет тазов, хотя насчет китайцев сомнения были у многих), Митяй продолжал меня уговаривать ни в коем случае не покупать мерс последней модели, т.к. они сцуко ненадежные и сыпятся хуже Тазов, Палыч периодически страдал приступами консьюмеризма, и вспоминая какого-то Яха все оглядывался вокруг, в надежде найти что-нибудь полезное на окружавшей нас помойке, Кест продолжал вздыхать, поводя носом за мешком Митяя, в котором давно уже не было не то что сала, но и других продуктов тоже, ну а я все занимался своим делом (о котором вам не скажу, ибо секрет). Так мы перлись по болоту как кучка дебилов, в надежде, что ничто не вечно и болото тоже. Первым почувствовал неладное Алекс. Если взять нескольких человек и попытаться выяснить, кто из них первым почувствует надвигающуюся задницу, то им будет непременно Алекс. Так и тут – он начал гундеть громче обычного, затем его гундеж перешел совсем уж на большие децибелы, перекрыв даже похрюкивание Алгола. Мы все остановились и нашим глазам открылась ужасная картина. Мы нашли следы. Группу следов. Целую цепочку следов. Неподалеку от нас бродила целая группа народа, а мы их даже не слышали!!! Первым среагировал Кест – он вприпрыжку помчался по следам и вскоре пропал из виду. Мы же (учитывая, что несколько устали шляться по мокрому болоту) решили подождать результатов разведки, в тайне надеясь, что Кест сожрет не все, что ему удастся отнять у этих людей и часть перепадет нам. Ждали мы недолго – минут тридцать наверное. Как вдруг с другой стороны мы услышали сначала радостный рев, который затем перешел в горестный стон и наконец в печальный вой. В быстро приближающейся точке мы определили Кеста. Как он мог появиться с другой стороны было совершенно непонятно. Ужасную тайну открыл нам сам Костик. Оказалось что следы, которые нам встретились (и по которым он ломанулся в поисках жратвы), были нашими – мы просто ходили вокруг острова, доверившись Алголу, который выбирал на компасе случайные азимуты и бодро вел нас вперед на сушу. Сказать, что Алгол был жестоко отметелен – это значит ничего не сказать. Даже Алекс самолично принял живейшее участие в данном процессе, не говоря уж о других концессионерах. После такого процесса, потребовавшего от нас напряжения всех сил идти дальше мы были просто неспособны. Пришлось объявить час перекура. Усевшись на неподвижно лежавшую тушку Алгола (которому после отметеливания было уже все равно где лежать) мы долго и бурно обсуждали, куда идти. Решено было довериться зоркому глазу Стасика, который пытался найти за тучами солнце, а также чувствительнейшему носу Палыча, обещавшему разыскать своего «таракана» по запаху бензина. Пока они вдвоем разглядывали небосклон и обнюхивали все вокруг мы могли на некоторое время перевести дух и сожрать все, что удалось отыскать в последних заначках. К сожалению, таких заначек осталось ровно одна штука – в кармане у Митяйки завалялся дохлый и плесневелый сникерс. Впрочем мы особо не привиредничали. Запив кусок сникерса водой из под ног (Алгол был наказан и сникерса ему не досталось), мы готовы были двинуться дальше. Поставив Стасика и Палыча во главу колонны концессионеры медленно и печально двинулись в путь.

Прозорливый Стасик и унюхавшийся Палыч сделали свое дело. Точнее они очень долго пытались его тронуть с мертвой точки, но дело не шевелилось и его удалось сдвинуть только благодаря неожиданной помощи Митяйки, который включил свой жпс и указал верный путь. Примерно через пару часов впереди показалась крыша зузуки. Палыч издал радостный вопль и рванулся вперед. Кест помчался за ним. Эти два кабана неслись по болоту, как два сайгака по степи – высоко вскидывая ноги (чтобы не зацепиться за кочки) и разбрызгивая целые водопады грязи. Мы торопливо трусили позади, справедливо полагая, что следует поторопиться, иначе случайных тех остатков продуктов, которые могли быть в зузуке после ее давнишнего разграбления могло нам нехватить – уж больно голодным выглядел Кест. Открывшаяся картина нас посмешила: перед нами в луже виднелась крыша и окна зузуки (остальное скрывалось во мху и уходило вглубь лужи), а рядом суетился Палыч, пытавшийся обмотать тросом лебедки ближайшую кочку. Кочка обматываться не желала и сбрасывала трос. Поняв, что самому ему из лужи не выбраться Палыч обратился к нам. Речь его была самозабвенна, изобиловала неожиданными оборотами, заманчивыми предложениями, неминуемыми карами, а также жалобными просьбами о помощи. Смилостивившись над товарищем мы взялись за дело. Кест был отправлен на вытряхивание шмурдяка из кузова (дабы облегчить кузов и достать нужные нам инструменты), Алекс поставлен на охрану (дабы враги к нам не подошли, все равно на тяжелых работах он был нам бесполезен). Стасика поставили откапывать колеса (у него это очень хорошо получается – почти так же, как и рубить деревья), Митяйка занялся реечным домкратом (это спец.шняга под названием хай-джек), Палыч командовал процессом ну а я сами знаете чем занимался…Буквально через пол-часа Стасик гордо объявил об окончании своей части работ и отправился отдохнуть. Мы посмотрели на результат его копания и ужаснулись. Все колеса были подкопаны, рядом с машиной пролегли канавы глубиной по колено, а спереди и сзади от машины глубина ям достигала 1 метра. На вопрос «зачем» Стасик гордо заявил, что домкраты качать каждый может, а выкопать такую красивую яму дано не всем. На предложение его отметелить он также гордо поднял лопату и мы на время отказались от такой мысли, помня о том, как Стасик и без лопаты отметелил половину из нас. Пришлось сосредоточиться на хай-джеке. С такими ямами его действительно было легко засунуть под машину. Правда при попытке поднять машину, сам хай-джек бодро полез вглубь земли. К сожалению, Митяйка заметил этот факт когда было уже поздно и рейка домкрата практически вся погрузилась в недра болота. На выручку Митяке поспешил Кест. Затем к ним присоединился Стасик, Алекс и Палыч. Я командовал процессом вытаскивания. Под моим чутким руководством объединенными усилиями удалось достать рейку домкрата из земли. Правда для поднятия тяжестей она уже не годилась – она была скручена как макаронина, да еще и согнута в двух местах. Ничего не оставалось делать, как отправить Стасика нарубить деревьев, чтобы сделать из них слеги и настил до сухой земли. Был уже вечер, когда «бешеный таракан» смог выехать на твердую почву и без усилий довез всю нашу компанию, расположившуюся внутри пепелаца, снаружи на багажнике на крыше, на подножках и на капоте до наших машин, брошенных в отдалении возле съезда с асфальта. Еще несколько часов дороги и мы были дома, где нас встретили кого жены, кого - подруги, кого-то другие члены семьи…Когда расставались, одна фраза повторялась чаще других: «а славненько мы погуляли по болотцу!»

-----------------------------КОНЕЦ--------------------------------------------

© Костик Архипов